Ожидание благоприятной погоды для перехода затянулось почти на два месяца. Что дало возможность путешествовать по стране ещё какое-то время. С французами из соседней яхты Кастелло — Софи, Риса их десятилетней дочкой Мойей, взяли напрокат машину и отправились в горный массив восточного побережья страны. Там, в кемпинге мы познакомились с замечательными людьми Марианной, Колином и их детьми. Они проводили нас по разбитой высокогорной грунтовке в независимое государство Лесото, с неимоверной красоты слоистыми горами, некогда бывшими центром древнего суперконтинента Гондвана.

Марианна из России, талантливая скрипачка, приехала 9 лет тому назад в ЮАР и вышла замуж за Колина, жителя ЮАР – школьного учителя географии. Живут неподалеку от Дурбана в городе Умкомаас, одном из всемирно известных дайверских мест с подводными пещерами и множеством разных видов акул. Колин рассказал нам, о том, что никогда еще не видел такого холодного и ветреного лета. Обычно такая погода характерна для зимы. В чем мы сами вскоре убедились, встретив на обратной дороге град величиной с мячик для пинг-понга, лежащий ровным белым слоем на зелёных склонах Африканских гор.

Позже, побывали у них в гостях, где Марианна рассказала о нелегкой жизни в ЮАР. После времен апартеида и расовой дискриминации местного темнокожего населения наступили времена, откровенной ненависти по отношению к белокожему населению. До сих пор нередко происходят вооруженные нападения на дома или фермы белых людей, никто не чувствует себя в безопасности. Всё стоит очень дорого. Ежемесячный налог на дом отнимает четвертую часть заработной платы. Особенно дорого обходится обучение детей и медицина. В чем нам самим вскоре пришлось убедиться. Обратившись в стоматологическую клинику с просьбой запломбировать отломившийся зуб, после чего заплатили на наши деньги около 18 тыс. рублей.

Но вот наконец-то появилось долгожданное 72-х часовое «окно», так местные метеорологи, называют отсутствие сильного встречного ветра, не позволяющего прорваться на юг. У нас впервые, за полтора месяца, появилась возможность пройти 340 морских миль до порта Ист Лондона.

В путь вышли сразу 10 яхт, экипажи большинства которых, за длительное время стоянки стали нам друзьями. Первый день шли под мотором, а вот на второй день вошли в течение Агулас, скорость которого местами составляет 4 узла, это как сплавляться по реке. Да еще подул хоть и попутный, но очень сильный ветер, мощность которого поднималась до 50 узлов. Пришлось полностью убрать паруса, включить на небольшие обороты двигателя, для стабилизации на волнах.

Нас несло так, что скорость катамарана относительно земли достигала порой 22 узлов, что почти в четыре раза выше нормальной крейсерской скорости. Можно сказать, что даже без парусов, мы просто летели. И за сутки преодолели рекордное для нас расстояние в 230 миль, прибыв в порт назначения на 24 часа раньше планируемого времени.

Встав на якорь в реке Буффало, вскоре убедились, что при смене ветра грунт не так хорошо держит якорь, как показалось вначале. Приняв приглашение нашего друга Джона из Америки, вновь встали к нему вторым бортом к стене, как это и было в Ричардс Бэй, когда мы появились там в конце ноября. И, надо признаться, это оказалось вовремя.

Сильный порыв ветра сорвал с якоря норвежский катамаран Эксплорер с тремя детьми на борту и понес на яхты, которые стояли на мурингах. Пока мы спускались в динги и ехали к ним, двое детей десяти и тринадцати лет на волне под шквальным ветром в одиночку, пытались вытянуть катамаран за веревку. Их родители с еще одним малышом на борту безуспешно пытались завести двигатель. Зацепив веревку за одну из стоявших впереди на муринге яхт, и используя ее вместо упора, нам с огромным усилием удалось вытянуть катамаран на свободное место, а спустя полчаса уже и двигатель завелся.

Простояв в Ист Лондоне три дня, появилась возможность идти дальше на Кейптаун, это еще 530 морских миль. Выдвинулись кавалькадой с интервалом примерно в один час. Шли недалеко друг от друга, постоянно наблюдая на приборах АИС и переговариваясь по рации.

Первыми с дистанции сошла яхта наших французских друзей Патрика и Франсуа, из-за технической поломки, они вынуждены были остановиться в Порте Элизабет, пройдя всего 150 миль.

Яхта Кастелло с Софи, Риса и Мойей остановились в порте Моссэл Бэй. Прогноз погоды, подтвержденный местными метеорологами, обещал быть благоприятным только в ближайшие четыре дня и они уже не успевали дойти в срок.

С опережением графика движения на шесть часов, обогнули мыс Игольный, самую южную оконечность Африканского континента, там, где встречаются Индийский и Атлантический океан и образуется самая высокая волна в мире. То есть все складывалось просто замечательно, и мы уже заходили в залив Саймонс Бэй, когда ветер стал резко усиливаться.

Если по прогнозу мы ожидали повышение ветра, в крайнем случае, до 25 узлов, то приборы стали показывать 36-38 узлов устойчивого ветра. Моментально разогналась высокая короткая волна, пытающаяся зарыть наш катамаран носом в убегающую волну, то с чем мы ранее еще не сталкивались. Однако в нас еще теплилась надежда, что бухта укрытия недалеко, всего в двух часах хода, и станет легче, когда мы зайдем в марину за волнолом. Однако при подходе к месту нашей стоянки, ветер был уже 44 узла, и мы оказались в ловушке.

Обратного пути нет, и как швартоваться к бую при таком сильном ветре, когда кругом множество яхт, тоже не понятно. Еще приближаясь к марине против сильнейшего ветра стали вызывать на помощь спасателей. Нам сказали встать за волнолом и ожидать. Легко сказать, встать, на деле все оказалось гораздо сложнее. Капитану пришлось направить катамаран на отвесную пятиметровую стену волнолома и удерживать его на полном ходу на расстоянии 1-2 метров, маневрируя скоростью, в случае снижения ветра, чтобы не врезаться в нее, но, и чтобы при порыве не унесло на яхты или скалистый берег. Только эта мера, маневрирования моторами на предельных оборотах позволяла оставаться на месте. Так держались целый час.

Уже когда темнело, подошел спасательный катер и прикрепился к нашему Мангуше на левый борт. Какой силы был ветер, мы уже не смотрели, совсем было не то того, но порывы сбивали с ног и отрывали концы, которыми были связаны катер и катамаран. Около двух часов под ураганным ветром, шесть спасателей не прекращали попытки привязать нас к бую. Один из спасателей, в попытках удержать веревку повредил себе руки, ногу другого еле спасли, успев выдернуть из затягивающейся верёвки. Мы очень им благодарны, даже не знаем, чем бы все закончилось, если бы нам не оказали вовремя помощь.

Но вот наконец-то нас привязали, и катер стал отходить, и тут у нас из — под днища выскочил световой буй, на который мы, как оказалось, наехали ранее. Скрежет, скрип. Подумали, что все, остались без винтов. Но хвала Богам все обошлось, винты на месте и только несколько царапин на корпусе говорили о его присутствии внизу во время наших манёвров.

Еще оставалась неясной судьба наших друзей, что нас очень беспокоило.

Как оказалось, позже, немцы с катамарана Релакс в кромешной темноте, около часа ночи, смогли встать в маленькую бухточку, на якорь, с цепью 80 метров и продержаться там два дня.

Яхта Джекстер с англичанами на борту, дойдя до Хаут Бэй марины и встретив ветер в 55 узлов, запросили, как и мы, помощь спасателей и их привязали к большому коммерческому судну, стоявшему на рейде.

Наш американский друг Джон с яхты «3/4 Тайм» подошел к Кейптауну с 50 узловым ветром и смог на отмели в 4 метра глубиной встать на якорь, выкинув цепь также 80 метров.

Американка Ив на яхте Аунтие, хоть и вышла раньше всех на два дня, оказалась не так далеко от нашей группы, потому что стартовала при сильном встречном ветре и проходила за день в три раза меньше, чем мы делали при попутном ветре в последующие дни. Она встала на якорь перед входом в Кейптаун и также простояла ночь на якоре ожидая снижения ветра, чтобы попасть в Марину. Интересно было то, что она собиралась идти на Мадагаскар, но под общим порывом всех яхт пошла с нами в Кейптаун.

Вроде бы все позади, но липкое чувство страха, осталось еще в груди. Только сейчас поняли, что у нас такого шанса встать на якорь, как у наших друзей, не было, так как есть только цепь в 35 метров, которой явно недостаточно для постановки при таком ветре, как и возможности самостоятельно встать на муринг. Еще очень повезло в том, что смогли зайти в бухту засветло и свои манёвры начали до наступления ночи, хотя закончили их уже в полной темноте.

Но хорошо всё, что хорошо кончается. На утро рассвело и ветер по-прежнему дул силой до 50 узлов, хотя нас это уже мало беспокоило. Мангуша привязан к спасательному бую, кокпит зашторен и закрыт от ураганного ветра, на борту есть вода, еда и интернет, а вокруг солнечно и прохладно, как весной. Довольные такой погодой морские котики резвятся вокруг катамарана в холодной воде, заигрывая со срывающимися волнами и качающимися буями, птицы пытаются лететь против ветра вперёд, но у их упорно сносит назад к берегу. Вот так и стоим ждём в море погоды, чтобы спустить динги на воду и выйти на берег, ведь впереди ещё подготовка к переходам по Атлантическому океану, а два океана Индийский и Тихий уже позади.